Версия для слабовидящих |
6+
Выбрать регион

Общественно-политическая газета Пудожского района Республики Карелия

186150, Республика Карелия, Пудожский район, г.Пудож, ул.Комсомольская, д.5
телефон: +7 (81452) 5-17-46
e-mail: vestnik@onego.ru

СОЛДАТ БЕССМЕРТНОГО ПОЛКА

Учащиеся школы №3 г. Пудож под руководством педагога Е.П.Гроль собрали большую летопись о своих родных и близких - участниках Великой Отечественной войны.

В своих исследовательских работах они использовали документы и реликвии, хранящиеся в семьях, материалы газет и журналов, документы музеев и библиотек, сведения из Интернета. Ребята узнали много интересных фактов из биографии героев, делились ими с одноклассниками, передавали материалы и для нашей газеты. Часть их уже опубликована.

Ученик 6б класса Пархомчук Никита рассказал о своем прапрадедушке Шабалкине П.П. и предложил вниманию читателей статью о герое из газеты "Евпаторийская Здравница".

Петр Петрович Шабалкин, гвардии полковник в отставке, родился 6 ноября 1919 года в селе Суликово Луховицкого района Московской области. Инвалид Великой Отечественной войны 2 степени, ветеран Карельского, Ленинградского, 2-го Украинского фронтов, 2-й ударной армии, 123 ордена Ленина Лужской стр.дивизии, 1-й ОРБ Ставки Верховного главного командования и др.

В Советской Армии с сентября 1937 года по 6 ноября 1974 года. Уволен в запас по возрасту (по выслуге лет, 44 года). В блокаде Ленинграда в составе войск находился все 900 дней и ночей. Петр Петрович награжден тремя орденами Красной Звезды, орденом Отечественной войны 2 степени, медалями "За боевые заслуги", "За оборону Ленинграда", "За освобождение Белграда", "За взятие Будапешта", "За победу над Германией" и др. Награжден знаками: "Защитник Ораниенбаумского плацдарма", "За мужество и любовь к Отечеству".

Весной 1945 года небо над Бухарестом было ослепительно синим. Волны дурманящего запаха цветущих акаций носились в разогретом от полуденного зноя воздухе. Возле эшелона, груженного военной техникой, у прицепных вагонов было не протолкнуться. Босоногие оборванные цыганята шныряли в толпе. Молодые цыганки, стоя возле вагонов, переговаривались между собой, поглядывая на военных, столпившихся в тамбуре.

- А позолоти ручку, солдатик, - обратилась одна из них к синеглазому офицеру с орденами на груди. - Всю правду тебе скажу - не пожалеешь.

- Позолотил бы, да нечем, - улыбнулся молодой человек и подмигнул своим товарищам. Полбуханки черного хлеба молниеносно растворилась в налетевшей стайке цыганят.

- Жить будешь долго-долго, пока не надоест. До ста лет доживешь! - кричала вдогонку отходящему поезду цыганка.

- Постараюсь! Живы будем - не помрем! - неслись в ответ веселые молодые голоса. Поезд медленно набирал скорость. Кто-то из толпы бросил в открытые двери вагона букет весенних цветов, второй, третий… К ногам советских воинов-освободителей падали и падали цветы. В Румынии праздновали освобождение.

... Петр Петрович Шабалкин долго смотрит в окно. Евпаторийское весеннее небо синее, ясное, высокое - почти такое же, какое было в тот памятный день. Воспоминания, словно майский ливень, нахлынули в душу, мысленно перенося его в незабываемую победную весну.

Жители освобожденной Румынии с радостью встречали победителей. На столе, накрытом в честь юбиляра, помимо нехитрой солдатской закуски, горками красуется первая черешня, стоят бочонки с домашним вином - дары благодарных жителей освобожденной земли. Товарищи поздравляют гвардии старшего лейтенанта Шабалкина с 25-летием, но первый тост - за Победу, второй - поминальный, за погибших друзей. Война еще не закончилась. Впереди - тяжелые кровопролитные бои за город Будапешт. Потом будут Белград, София… Долгожданная победа встретит его в Чехословакии, вдали от родимых мест.

А вот еще один памятный день: уже после окончания военных действий Петр Шабалкин и несколько его товарищей по Ленинградскому фронту едут в Берлин к поверженному Рейхстагу. Светит яркое солнце. Город в руинах. Кое-где еще дымятся развалины домов. Забравшись на купол здания вместе с одним из своих друзей-офицеров, гвардии капитан Петр Шабалкин оставляет надпись углем на крестовинах крепления развевающегося над Рейхстагом Знамени Победы: "Ленинград - Берлин. Мы победили!". И рядом - подписи освободителей…

Версты, версты, сотни и тысячи километров пройденных дорог, выжженная земля, останки городов и деревень, могилы товарищей, оставленные позади… Для молодого лейтенанта, выпускника-отличника Ленинградского училища связи, командира 398-го отдельного радиодивизиона особого назначения Петра Шабалкина война с фашистской Германией не была тогда неожиданностью. О готовящемся нападении им, разведчикам ГРУ Страны Советов, было доложено в Генштаб еще задолго до начала военных действий. Но еще до этого ему довелось участвовать в военных событиях 1939 года в Финляндии. Здесь впервые столкнулся он лицом к лицу с массовой гибелью людей, кровью, страданиями и смертью. За каждым оставленным жителями домом в финских деревнях, куда вступали советские войска, поджидала засада. Финские автоматчики-снайперы (кукушки), замаскировавшись на верхушках сосен, методически обстреливали колонны наших войск, двигающихся по дорогам. Чудом удалось тогда разведчику избежать смерти: после неудавшейся попытки развернуть пеленгатор в 115 км от границы у штаба дивизии (условия местности не позволяли) начальнику радиопункта дивизиона особого назначения лейтенанту Шабалкину было приказано вернуться в район п. Реболы для продолжения работы. А через несколько часов 47-я стрелковая дивизия, которую покинул радиодивизион во главе с командиром, попадет в окружение, неся большие потери.

В самом начале Великой Отечественной войны, 28 июня финны предприняли наступление. Два дня пограничная застава сдерживала натиск противника, получив приказ Верховного главнокомандующего: ни шагу назад. Тяжелые кровопролитные бои шли. Вода в приграничной речке была алая от крови. И только когда закончились последние боеприпасы, была получена команда оставить Реболы и отступить к населенному пункту Ругозеро. Здесь в первом сражении с немцами групповым огнем из ручного пулемета был сбит вражеский самолет. Огонь велся по команде лейтенанта Шабалкина его боевыми товарищами.

Сегодня все эти события нам кажутся "книжными", нереальными, и представить себе невозможно, что на защиту родной земли встали тогда вчерашние школьники, ставшие грозной силой на пути врага и погибающие в расцвете лет.

В конце августа 1941 года немецкие войска, имея численное превосходство в живой силе и технике, прорвали нашу оборону в районе Кексгольма, и советским войскам пришлось отойти к старой государственной границе. Лейтенанту Шабалкину, вызванному в отдел кадров штаба, предстояло следовать для дальнейшего несения службы на Дальний Восток, но он отправляется по собственной просьбе в 123-ю ордена Ленина стрелковую дивизию 23-й армии, занимавшую тогда оборону на Карельском перешейке в районе Лемболово, в новой должности командира радиовзвода. Дивизия вела в то время тяжелые бои и с большими потерями отступала.

В декабре 1941-го Петр Шабалкин был принят в члены ВКП(б) и назначен парторгом роты. Как парторгу ему было положено проверять боевые охранения. К бойцам, стоявшим на посту, порой невозможно было донести термос с едой, произвести замену: либо по пути убивают товарища, либо котелок простреливает пуля, и бойцы стоят сутками на "голодном пайке", без замены.

- Бывало так, - вспоминает старый солдат, - пришел, проверил, побеседовал, а через час вернулся: часовой убит, ему нужна замена. Зимой, чтобы проверять посты, приходилось ползти по-пластунски. Пули свистят над головой. Местность простреливают финские снайперы. Даже по шороху определяли. Возвращаешься порой с такого дежурства, а полушубок прошит пулями на спине.

Весной 1942 года дивизия вела тяжелые оборонительные бои, а затем была снята с обороны и начала готовиться к операции "Искра" по прорыву блокады Ленинграда. Немецкие захватчики оказывали яростное сопротивление. Однако войска Ленинградского и Волховского фронтов 18 января 1943 года прорвали блокаду. Этот период войны у Петра Петровича связан с самыми суровыми воспоминаниями.

- Зима была тяжелой. Порой весь суточный рацион составлял два-три сантиметра еды на дне в котелке - завтрак, обед и ужин. Подстреливали галок, ворон. Но в блокадном Ленинграде суточный паек составлял сто граммов черного хлеба на человека. Мне иногда по долгу службы приходилось выезжать в осажденный город. Всегда прихватывал с собой буханку хлеба, чтобы подкормить кого-нибудь. Страшная картина представлялась взору: люди падали на ходу, умирали от голода. Ленинград постоянно подвергался бомбежке. То тут, то там надписи: "Эта сторона обстреливается". Приходилось порой часами отсиживаться в каких-нибудь относительно безопасных зданиях. Но моральный дух ленинградцев был высоким. Работали заводы, выпускали военную продукцию, снабжали войска, ремонтировали технику. Помню 12 января. День солнечный, морозный. После 15-часовой артиллерийской подготовки началась стрельба "катюшами", и наши войска пошли в наступление через покрытую льдом Неву. Справа вдоль переправы строчат пулеметы, слева свистят пули, бьет артиллерия. То тут, то там - воронки. А мы бежим, падаем, погибаем. Чтобы вклиниться в передний край обороны, штурмовые отряды тащили с собой лестницы. Немцы весь передний край залили водой - невозможно было карабкаться по льду. На картах - обозначения: роща 3-я, роща 5-я и т.д. После боев от этих рощ одни пеньки оставались.

Пули свистели над самым ухом. На них уже не обращали внимания. Несколько раз срывали у меня пилотку с головы. Много можно вспомнить таких тяжелых эпизодов, когда, например, стоит твой товарищ, зовет завтракать. Одно мгновение - взрыв, между нами - воронка. Прихожу в себя, вижу: товарищ без обеих ног истекает кровью, кричит в шоке и одной рукой шарит кобуру с пистолетом, чтобы застрелиться… Помню: иду по передовому краю к роте, занимающей передний край обороны. Сидит там командир роты. Справа от него три пулеметчика, слева два автоматчика - вот и вся рота из пяти человек, оставшихся от ста пятидесяти. Вот таким тяжелым был прорыв блокады Ленинграда.

Во время Красноборской операции два стрелковых полка - 245-й и 255-й попали в окружение, а наш 272-й - в полуокружение. Когда мы продвигались от Колпина к Красному Бору, немцы-снайперы простреливали дорогу даже сквозь защитную сетку. Очень много погибло тогда людей. Не было никакой возможности даже раненых выносить. Землянки рыть было нельзя - местность болотистая, поэтому на момент боевых действий было вырыто лишь две низких землянки для командования и штаба полка. Помню, находился я в одной из них. Слева от меня умирает младший лейтенант, молодой артиллерист лет двадцати, раненный в живот. Он постоянно терял сознание, а когда приходил в себя, спрашивал: "Я не умру?". Через два часа он затих. Вокруг землянки лежали погибшие и раненые, которых доставлять в медсанбат не было никакой возможности. Их тут же перевязывали. Они здесь же умирали.

Петр Петрович скуп на слова и эмоции. Его рассказ о тяжелейших трагических днях войны звучит ровно, по-военному кратко, как и подобает рассказу разведчика. Держится он молодцом, с выправкой настоящего офицера. Лишь грустные искры больших печальных глаз выдают неуемную боль от незаживающих душевных ран. И только раз в ходе беседы скупая мужская слеза скатилась по чисто выбритой щеке, когда он рассказывал об одном из самых тяжелых моментов.

- От нашего 272-го стрелкового полка 123-й ордена Ленина стрелковой дивизии, участвовавшего в прорыве блокады Ленинграда, из трех тысяч бойцов к концу операции осталось лишь около 250 человек…

После войны капитан Шабалкин окончил Ленинградскую военную академию связи. Затем в звании подполковника служил в Группе советских войск в Германии, в штабе Прибалтийского военного округа, а также в ряде военных институтов и училищ связи. В 1958 году ему было присвоено звание полковника.

Это было последнее интервью с Петром Петровичем Шабалкиным, гвардии полковником в отставке, инвалидом Великой Отечественной войны. Однажды на мой телефонный звонок мне никто не ответил. Позже я узнала, что Петр Петрович скончался от сердечного приступа...

Осталась память, которую мы должны свято хранить и бережно передавать из поколения в поколение. Сегодня Петр Петрович снова в строю - в строю "Бессмертного полка".

Вечная память и вечная слава героям Великой Победы!

(Опубликовано в газете "Евпаторийская Здравница" №45 (19168) от 22.06.2016 г.)

Автор: Анна Зенченко

По этой теме:

Лайкнуть:

Версия для печати | Комментировать | Количество просмотров: 108

Поделиться:

Загрузка...
ОБСУЖДЕНИЕ ВКОНТАКТЕ
ОБСУЖДЕНИЕ НА FACEBOOK
КОММЕНТИРОВАТЬ

Captcha
 

МНОГИМ ПОНРАВИЛОСЬ
НародныйВопрос.рф Бесплатная юридическая помощь
При реализации проекта НародныйВопрос.рф используются средства государственной поддержки, выделенные в соответствии с распоряжением Президента Российской Федерации от 01.04.2015 No 79-рп и на основании конкурса, проведенного Фондом ИСЭПИ
ПОПУЛЯРНОЕ
ВИДЕО
Яндекс.Метрика